Цитаты

Калил Джебран о бизнес-тренингах

   Ни один человек ничего не может открыть вам, кроме того, что уже лежит в полудреме на заре вашего знания.
   Учитель, что ходит в тени храма в окружении учеников, дает не от своей мудрости, а скорее от своей веры и благоволения.
   Если он воистину мудр, то не повелит вам войти в дом его мудрости, скорее он поведет вас к порогу вашего разума.
   Астроном будет говорить вам о своем понимании пространства, но не даст вам это понимание.

Джебран Калил Джебран. Пророк

Леви-Стросс фотоблогерах

   Тем не менее, этот жанр повествования всегда встречает неизменно доброжелательное отношение, что для меня остается загадкой. Амазонка, Тибет, Африка просто затопили книжные магазины лавиной книг о путешествиях, отчетов об экспедициях, фотоальбомов, в которых желание добиться эффекта настолько преобладает, что читатель не в состоянии оценить степень значимости проведенных наблюдений. У него не возникает желания отнестись к ним критически; наоборот, он требует все больше подобной пищи и поглощает ее в огромных количествах В наше время путешественник — это профессия, причем суть этой профессии не в том, чтобы — как можно было предположить — после долгих лет обучения открывать до сих пор не известные факты, а лишь в том, чтобы преодолевать бесчисленные километры и накапливать бесконечное множество фотоснимков или кинокадров — разумеется, лучше всего цветных. Все это потом позволит несколько дней подряд собирать полный зал слушателей, которым пустые фразы и банальности покажутся чудесными откровениями лишь по той простои причине, что их автор, вместо того чтобы записать их, не сходя с места, преодолел для этого двадцать тысяч километров.
   Что же мы слышим на этих лекциях и вычитываем в этих книгах? Подробности о содержимом походных чемоданом, о проделках щенка ни палубе, а также обрывки поблеклых сведений, которые уже сто лет, вперемешку с анекдотами, повторяются на страницах учебников. Весь этот поток с изрядном долей цинизма использует наивность потребителей такого рода продукции, представляя ее как свидетельства и даже как оригинальные открытия.

Клод Леви-Стросс. Печальные тропики

Путешествие на «Кон-Тики»

В 1947 году норвежский этнограф Тор Хейердал с целью доказать южно-американское происхождение аборигенов Полинезии вместе с пятью товарищами на деревянном плоту пересек Тихий океан. Одним из итогов экспедиции стала книга «Путешествие на „Кон-Тики“». Убежден, что само плавание и его описание важнее научной гипотезы, ведь уже не одно десятилетие мальчишки и девчонки, а также их родители могут прочесть эти строки о главном:

Иногда мы отплывали в резиновой лодке, чтобы взглянуть на себя ночью. Черные как смоль волны громоздились со всех сторон, а мириады мерцающих тропических звезд слабо отражались в планктоне у поверхности воды. Мир был прост — звезды во мраке. Был ли это 1947 год до нашей эры или нашей эры, внезапно потеряло всякое значение. Мы жили, и это мы ощущали со всей остротой. Мы понимали, что жизнь была полна для людей и до наступления века техники — пожалуй, во многих отношениях полнее и богаче, чем жизнь современного человека. Время и эволюция в эти мгновения переставали существовать. Все, что в жизни человека было реальным и имело значение, сегодня оставалось таким же, каким оно было когда-то и будет всегда. Мы растворялись в абсолютном всеобщем мериле истории: бесконечная беспросветная тьма под роем звезд. Перед вами в ночи вставал из волн «Кон-Тики» и снова опускался за черные массы воды, которые вздымались между ним и нами. В лунном свете плот окутывала какая-то особая атмосфера. Толстые блестящие бревна с бахромой из водорослей, квадратные очертания черного паруса викингов, ощетинившаяся бамбуковая хижина с желтым светом керосинового фонаря позади — все это напоминало скорее картину из волшебной сказки, чем реальную действительность. Время от времени плот совершенно исчезал за черными волнами; затем он опять появлялся и резким силуэтом вырисовывался в свете звезд, а с его бревен стекали сверкающие струи воды.

Политикам на заметку

Те, кто знает, что такое устойчивость бактерий в контексте биологии, не может не понять смысл суждения Сенеки из трактата «О милосердии» об обратном эффекте наказаний. Сенека писал: «Частые наказания, усмиряя гнев немногих, пробуждают гнев во всех... точно так же, как деревья, если их подрезать, вновь выпускают бесчисленные ветви». Точно так же революции, подстегиваемые репрессиями, отращивают головы все быстрее по мере того, как власти буквально обрубают их, убивая протестующих. Суть этого эффекта точно схвачена в ирландской революционной песне:

Чем выше вы строите баррикады,
тем сильнее становимся мы.

В какой-то момент толпа видоизменяется, ее ослепляют злость и жажда насилия, ее распаляет героизм тех немногих, кто принес себя в жертву ради идеи (пусть они сами до конца не считали это жертвой).

Нассим Талеб. Антихрупкость

Кадзума Татеиси о принятии решений

Когда дело доходило до принятия решений, то я лично всегда придерживался «правила 70/30». Скажем, вносится предложение о сознании новой отрасли производства: если я на 70 процентов уверен в успехе дела, то даю свое согласие. Оставшиеся 30 процентов сомнений станут стимулятором для рассмотрения мер, которые следует принять в случае неудачи. Это и называется «разумным риском».
Любое начинание требует мужества. Любое решение без элемента риска по сути дела и не является решением.

Бронислав Трентовский об управлении (1843 год)

Люди не математические символы и не логические категории, и процесс управления — это не шахматная партия. Недостаточное знание целей и стремлений людей может опрокинуть любое логическое построение. Людьми очень трудно командовать и предписывать им наперед заданные действия. Приказ, если кибернет вынужден его отдавать, всегда должен очень четко формулироваться. Исполняющему всегда должен быть понятен смысл приказа, его цели, результат, который будет достигнут, и кара, которая может последовать за его невыполнением, — последнее обязательно.

Кибернет не проектирует будущее, как старается сделать некий радикальный философ, — он позволяет будущему рождаться своим собственным независимым способом. Он оказывает будущему помощь как опытный и квалифицированный политический акушер.

Бронислав Трентовский. Отношение философии к кибернетике, искусство управления народом

Луи де Берньер о бизнес-стратегии

Жизнь — всего лишь стечение обстоятельств и беспорядочных вывертов судьбы; все происходит не так, как предполагалось и предсказывалось: часто на пути, куда толкнули обстоятельства, человека ждет удача, а на пути, что выбрал он сам, подстерегает несчастье. Не перестаешь удивляться — какой-то пустяк мешает необыкновенным событиям, вследствие чего сам приобретает невероятное значение.

Луи де Берньер. Война и причиндалы дона Эммануэля

Наука зашла в тупик?

Эти слова — только с восклицательным знаком в конце — я слышал не раз. Как ни удивительно, от людей вполне разумных и по-человечески симпатичных. Наука в лице ученых многого не знает и не понимает? А должна? Архитектор тоже компетентен в ограниченной области знания и опыта. Ошибка адекватных и симпатичных — смешение рационально-логического и чувственного способов познания мира. Хочу их успокоить: чувства не менее важны, чем логика. А в некоторых вопросах (которые звучат без звука) — гораздо важнее:

Эпистемология дзэна состоит в том, чтобы не прибегать к помощи понятий. Если вы хотите понять дзэн, понимайте непосредственно, сразу, не тратя время на размышление, не прикидывая, не взвешивая, ибо пока вы это делаете, объект, который вы ищете, ускользает от вас. Доктрина непостижимого и безотлагательного постижения истины является неотъемлемой частью дзэна. Если греки учили нас, как нужно думать, а христиане — во что нужно верить, то дзэн учит нас, как пойти за пределы логики, советуя не мешкать даже тогда, когда мы сталкиваемся с «вещами невидимыми». Ибо дзэн стремится найти абсолютную точку вне дуализма всякого рода. Логика начинается с разделения на субъект и объект, а вера отделяет то, что видимо, от того, что невидимо. Западный ум никак не может преодолеть этой вечной дилеммы, «то» или «это», рассудок или вера, человек или Бог и т. п. Дзэн отбрасывает все это прочь как нечто, мешающее нам постичь сокровенную глубину жизни и реальности. Дзэн ведет нас в царство пустоты или вакуума, в котором отсутствует всякий концептуализм, где растут лишенные корней деревья и свежий ветер гуляет по всей земле.

Дайсэцу Тайтаро Судзуки. Основы дзэн-буддизма

Я мыслю, значит могу ошибаться

Одна из ключевых идей, высказанных Нассимом Талебом в книге «Черный лебедь»: человек с трудом переносит неизвестность, поэтому заполняет вакуум незнания ложными, но успокаивающими его теориями. В книге Майкла Бёрка «Среди дервишей» нашел замечательную иллюстрацию этого процесса.

Автор книги, будучи гостем суфийского центра, увидел странный, ни на что не похожий предмет. Бёрк пишет: «Ассоциации из моего обширного чтения по антропологии, психологии и истории нахлынули в мой ум. Начали складываться построения, возникали полуоформленные теории». Дальше состоялся диалог с одним из обитателей суфийской общины:

— Ты видел Бе-асрар — то, что стоит на камне?
Он, разумеется, знал, что я видел, и что как раз сейчас думал об этом. Я кивнул.
— Ты недоумеваешь, что это такое, и почему оно здесь? Или ты уже решил?
Я сказал, что всё ещё думаю об этом.
— Оно здесь для того, чтобы заставить тебя думать. Оно здесь для того, чтобы ты попытался встроить его в какую-то схему. Оно здесь потому, что оно не значит ничего. Оно здесь, чтобы показать тебе, что ты не можешь связывать всё со всем прочим только потому, что у тебя есть на рупию способность к рассуждению, одна из низших способностей.

А  вот насчет «низших способностей» я категорически не согласен.

Загадка для рейдера

В сборнике нелепейших задач Эдварда Харшмана «Развитие нестандартного мышления. Необычные головоломки» есть одна вполне злободневная:

Вредный Винк купил несколько ловушек для крыс и поставил их около городской свалки. На следующий день он прокрался в один из домов и запустил в него пойманных крыс. Он повторил это несколько раз с одним и тем же домом. Это не было местью, не было и простым озорством. Зачем были нужны крысы?